петък, 24 юли 2020 г.

БЕЛЫЙ ТРУБОЧИСТ - мои сказки онлайн

               

























.   Моя книга со сказками „Белый трубочист” вышла в свет на болгарском язике тиражом 30 тысяч  (30 117 шт. ). В электронных вариантах ( на болгарском и русском ) я опубликовала 27 из 36-и сказок из книги – в моем подборе, моей редакции, с моим оформлением  и моими иллюстрациями. Я добавила сказку „Земмля плоская”, которой тогда не нашлось места в книжке по каким-то причинам, но она была опубликована в периодических изданиях.








                      ЗОЛОТОЙ ЛУЧ  

     Очень, очень когда-то – миллион с половиной лет назад, очень, очень откуда-то, с самого Солнца, на Землю прилетел солнечный луч. Остановился, запыхавшись, и решил взглянуть  на себя. Но где? В море, конечно.
    – Ах, какой я красивый, ах, какой я золотой! -  любовался на свое отражение солнечный луч.
     – Совсем ты не красивый и совсем не золотой, – сказала вода. – Ты только слишком самовлюбленный.
     – Какая же ты холодная! – воскликнул луч. – Я хотел только полюбоваться собой.
    – Ну и любуйся! Зачем же рыб пугать?
Тогда солнечный луч пошел по воде на цыпочках, чтобы не пугать рыб. За ним осталась дорожка.
    -  Впрочем, ты хороший! – сказала вода, играя золотой дорожкой.
    -А ты не холодная, – извинился солнечный луч и прыгнул на песок.
    -  Ты почему не смотришь, куда ступаешь?! – крикнула песчинка.
    -  Ой, прости меня! – подпрыгнул луч.
    -  Ой, не наступай на меня!  – вскрикнула другая.
Солнечный луч испугался и спрятался под листочек.
    – Они очень нервны, – прошептал листочек.
    – Нервны? От чего же? – удивился луч.
    – От того, что ждут кого-то, кто бы приласкал их.
    – Разве все, кто ждут ласки, нервны?
    – Не знаю. Но с песчинками дела обстоят именно так!
Луч присел рядом с одной песчинкой и коснулся пальчиком  ее розового носика. Она улыбнулась и открыла глаза.
    – Ты теплый – шепнула песчинка.
    – А я думал, что я золотой, – грустно сказал солнечный луч.
    – Наверное, золотой!
Тут большая синяя волна протянула руку и схватила песчинку.
    – Эй, что ты делаешь? – вскиркнул луч. – Немедленно верни мне ее!
    – Зачем она тебе? – спросило море.
    – Чтобы поговорить с ней. Она сказала, что я теплый.
    – Чем только не бредит глупая песчинка – прогрохотало море.
    – Неправда! Я действительно могу согреть ее, ведь она такая крохотная. А тебя не смогу. Верни мне ее, а то начну пугать рыб!
А море очень любило своих рыб, и чтобы солнечный луч не испугал их, вернуло ему песчинку, которая тем временем упряталась в раковине.
    – А я залотой! – воскликнул солнечный луч, открыв раковину и рассмотрев красивый драгоценный камень, в который превратилась крохотная желтая песчинка.
Действительно. Сколько нужно солнечному лучу, чтобы убедиться, что он золотой!
Одна песчинка, согретая им, и море, которое превратило бы ее в жемчужину.

  


                                                    


  О ЧЕЛОВЕКЕ,


 КОТОРЫЙ ОТВЕЧАЛ ВОПРОСОМ НА ВОПРОС

                                или

 ПРОТЯНИ РУКУ И ОТКРОЙ ДВЕРЬ!


 Был когда-то старый дом. Никто не знал, ни когда, ни кем он был построен, ни что там внутри. У дверей дома сидел старик. Он был так стар, что люди не знали, ни сколько ему лет, ни с каких пор и зачем он там сидит.

А старик сидел, медленно перебирал зерна своих янтарных четок и на любой вопрос отвечал вопросом.
- Живет кто-нибудь в этом доме? – спрашивали люди.
- Зачем должен кто-то жить? – удивлялся старик.
- Ты знаешь, когда он построен?
- Почему он должен быть кем-то построен? – отвечал он.
- А может, там внутри лежит клад? – переглядывались люди.
- Почему это там должен лежать клад? – недоумевал старик.
- Ты сторож?
- Почему бы и нет?
- Послушай, старик, ты не пропустишь нас зайти?
- А зачем вам понадобилось входить?
- Да что ты на любой вопрос отвечаешь вопросом?
- А печему бы и нет? – спрашивал старик.
Шли года, старик медленно перебирал зерна своих четок и на каждый вопрос отвечал вопросом. Так никто и  не узнал, ни что там в доме, ни когда и кем он построен.
Потому, что никому и в голову не приходило, вместо того, чтобы расспрашивать, просто протянуть руку и открыть дверь.


                                 


  СКАЗКА ПРО КАПЛЮ ДОЖДЯ, 
  ЗАХОТЕВШЕЙ СТАТЬ ДОЖДЕМ            

Ты помнишь последний дождь? До этого было очень жарко, земля засохла, цветы склонили головки, а люди были потными и нервными. Тогда появилась туча. Земля затаила дыхание в ожидании, цветы, оставшись совсем без сил, завяли, а прохожие посмотрели в небо.
– Собирается дождь! – сказали они и поспешили домой.
Туча еле удерживала миллионы капель воды, которые носила с собой.
– Постойте! – говорила она. – Постойте, не торопитесь! Пускай все дети вернутся домой. Вы намочите их!
– Нет, нет! Нам надо поторопиться! Из-за тебя опаздываем! Ты слишком медлительна и нудна! – наперебой кричали капли воды. – Разве не видишь, цветы погибают! Разве не видишь, деревья так грустны! Неужели не слышишь, что птицы умолкли!
– На дворе остался еще один малыш! – пыталась удержать их туча.
– О-о, нам некогда! Скорей! – кричали капли воды.
Лишь одна капля молчала. Все они носили в себе по пылинке, но ее пылинка была перламутровой, поэтому она считала себя лучше остальных.
– Куда торопиться?
– Как куда? – удивились капли воды. – Меня ожидает желтый цветок! – сказала одна из них. – А меня – корешки травинки! – вставила другая. – А я напою серого воробышка! – дополнила третья.
– Неужели некому забрать этого ребенка домой? -  нахмурилась туча и совсем посерела, увидев, что ты все еще бегаешь по двору.
Тогда тебя забрали домой, ты уткнулся носиком в стекло, а дождь полил.
Капли торопливо устремились к земле. И каждая спешила обогнать остальных, ведь ее ждал цветок, корешок или птичка.
Только капля с перламутровым зернышком продолжала лениться.
– Давай, хватит спать! Спускайся! – поторопила ее туча.
– Неохота, – заявила она.
– Что-что? – сделала удивленные глаза туча. – А ну-ка!
– Слушай! Веди себя приличней, – обиделась капля.  – Я не простая капля. У меня перламутровое зернышко.
– Ну и что?
– А то, что я не могу смешиваться с остальными, – скапризничала капля.
Туча рассердилась, встряхнула пушистое платье и вышвырнула каплю прочь.
– О-о! – закричала та, кувыркнувшись.  – Какая же ты невоспитанная! Но раз не хочешь, я останусь вот здесь, в воздухе!
– Прошу тебя! – всхлипнула туча. – Спускайся вниз! Разве не видишь, что тебя ждут?
Капля взглянула одним глазком на землю. Было так высоко, что у нее закружилась голова, и она чуть не упала.
– Не вижу, кто меня ждет. Кроме того, остальные сделают все, что надо, и без меня.
– Спускайся сейчас же! – вскричала туча.
– Спущусь, если захочу – заупрямилась та. – Но спущусь сама! И все живое будет смотреть на меня, ибо я стану дождем!
Туча не знала, ни что сказать, ни что сделать, поэтому обиделась и умолкла, а капля потянулась с довольным видом.
Тогда солнце, слушавшее весь этот разговор, направило туда свои лучи. Капля мигом испарилась. От нее осталась лишь пылинка, которая медленно стала падать на землю.
– Что происходит? – спродила туча.
– Разве не видишь? – улыбнулось солнце.
Туча посмотрела вниз. Земля дышала спокойно, цветы поднимали умытые головки. Даже прохожие казались добрее. И только тут туча заметила перламутровую пылинку, упавшую на тычинки цветка. Пчелка, севшая на это цветок, расправила намоченные дождем крылышки, насупила носик на пылинку, рассмотрела ее, и поскольку та ей мешала, пф-у! – сдула ее!
И принялась собирать мед.

                                 


    ВЕТЕР, ОТПРАВИВШИЙСЯ КО ВСЕМ ЗВЕЗДАМ 


     - Пришла осень, и мои листья стали опадать, – вздохнуло дерево.
    А ветер, приютившийся в его кроне, молчал.
      – Ты ведь не знаешь, почеми листья падают на землю, не так ли?
      – Не знаю, – ответил ветер.
       – Люди тоже не знают.
        – Люди все знают – прошептал ветер и зябко поежился.
   Становилось холодно.
        – Не все, – сказало дерево. – Вот, мои листья опадают, а люди говорят: закон! Дело якобы в силе притяжения. Масса, помноженная на ускорение. Ты это можешь понять?
        - Нет, – отвечал ветер.
       – Ну вот, мои листья падают  потому, что  они меня любят и хотят согреть мои корни зимою. А дождь – потому, что он любит цветы. Понимаешь? А люди думают, что только они могут любить, поэтому говорят: закон! Сила притяжения. Не-е-ет, это любовь! Любовь!
     – Ты, может, и право, – согласился ветер. – Вот, я, например, облетел всю землю, все видел, но ничто не влечет меня к земле.
     – Потому, что ты здесь ничего не любишь.
     – Вот именно.
     – Однако, вечером прилетаешь, устраиваешься в моей кроне и смотришь на звезды.
    – Я не видел ничего красивее их, и ничто не влечет меня больше звезд.
    – Ты их любишь – промолвило дерево. – Люди тоже любят звезды, и поэтому иногда летят к ним.
    – И я за тем пришел. Попрощаться.
    – Ты уходишь? – спросило дерево.
    – Да, – сказал ветер. – Этой ночью. Как ты думаешь, мне удастся добраться до звезд?
    – Не знаю. Но ты силен и должен попытаться.
И ветер в последний раз нежно коснулся ветвей дерева. Несколько листьев сорвались и полетели на землю, а он устремился ввысь. И чем выше поднимался, тем ярче становились звезды. Какая красота!
Ветер поднимался все выше и выше.
И вдруг он полностью запутался.
Все звезды были красивы и все они привлекали его. И, не зная к какой из них направиться, он устремился ко всем звездам.
И рассыпался.
 Так и не добравшись до звезд.
    Даже человек, который сильнее ветра, если захочет чего-нибудь, только к нему и идет.





                              

            СКАЗКА ПРО ВЕНТИЛЯТОР

 Жил да был ветер – молодой и могучий. Дул он туда-сюда, вверх-вниз, но никогда в одном направлении – ветреным был. Как-то раз он встретил нечто. Такое... особенное Нечто. Подул на него, лишь бы разобраться, что это за нечто, не понял и устремился дальше.
–Эй, постой! – крикнуло Нечто. – Ты ветер что ли?
Ветер остановился.
–Я ветер.
–Из тех муссонов, что приходят с моря и приносят дожди, да?
–Нет, я не из тех.
–Значит ты из пассатов, сухих ветров.
–Нет.
–Может, ты – бора, ветер, что дует на горных склонах?
–Впервые слышу.
–Неужели у тебя нет имени?! – сказало Нечто и очень удивилось. – А направление у тебя есть?
–Я дую, куда попало, – ответил ветер.
–Наверное, и скорость твою не измеряли?
–Не измеряли, – согласился ветер.
–Гм! Скорости у тебя нет, направления нет, а ко всему и имени у тебя нет. Так что же ты за ветер такой? – недоумевало Нечто.
Ветер молчал. Он тоже недоумевал.
–Пойдем-ка со мной! – сказало Нечто. – Я измерю твою скорость, укажу направление и дам тебе имя. Возьму тебя под свое крыло. Будешь дуть в тихом месте.
Ветер шаркал ногой по песку перед собой.
–Ну, тебе решать, – сказало Нечто. – Не буду тебя заставлять. Но посмотри на своих коллег-ветров. На средних, слабых, сильных, умеренных. Их наносят на карты, о них пишут в учебниках, даже показывают по телевизору. Но у любого ветра есть свое имя. Имя!
Что верно, то верно. И ветер это знал. Еще недолго пошаркал он ногой по песку, просто так, чтобы не сразу соглашаться, а затем побрел за Нечто.
Что теперь делает ветер? Разве не слышно?
Дует.
Дует у меня в комнате, в гостиной в жаркую погоду, дует туда, куда его направят. Дует, только если нажать на кнопку.
Вентилятор! Домашний ветер!
Как он шипит! И знаете, что говорит? Что если ему удастся вырваться из лопастей, откинуть занавеску и открыть окно, то он никогда больше бы...
Да, но я закончила сказку и щелк! – вынимаю штепсель из розетки и спешу выйти на улицу.
Другое дело все-таки, если тебя обдувает настоящий ветер.
                     


        Эта страна ПОЖЕЛАЙМНЕ !

       Была когда-то странная страна. И называлась она ПОЖЕЛАЙМНЕ .
         – Пожелай мне хорошо учиться, – говорил утром мальчик своей маме.
       Она желала ему этого, и в школе он получал отличные оценки.
     – Пожелай мне, чтобы сегодня у меня работа клеилась, – обращался каменщик к прохожему.
       Тот желал ему, и днем у каменщика получался красивый дом.
      – Пожелай мне,  чтобы сегодня я смог показать в своей картине все, на что я способен, – просил художник своего соседа.
       Сосед желал ему такой удачи, и днем художник сотворял прекрасную картину.
       Чудо-страной была ПОЖЕЛАЙМНЕ.
       Как-то раз в ней оказались трое мужчин. Все они бежали из какого-то государства.
       – Не пожелаете ли чего-нибудь и нам? – спросили они, узнав, что всё, что желают друг другу люди в этой стране, сбывается.
        – Пожелаем, –  ответили жители ПОЖЕЛАЙМНЕ.
        – Пожелайте мне стать богатым, – попросил первый.
        – Мне пожелайте встречать только хороших людей, – попросил второй.
      – А мне пожелайте вернуться на Родину и хоть чем-нибудь ей помочь,  –  попросил третий.
       И люди пожелали сбыться желанию только третьего.
       Это произошло в чудо-стране ПОЖЕЛАЙМНЕ, где люди желали не того, чего могли получить, а того, чего могли дать.

       Чудо-страной была эта страна ПОЖЕЛАЙМНЕ. 

       Говорят, что в ней люди были счастливы.

                     


           ПАУЧОК-ПЕРЛАМУТРИК

Он был маленьким и грустным паучком-перламутриком. Никогда не улыбался. А не улыбался потому, что нечему было  улыбаться. Паучок обычно сидел в углу комнаты и точнее не сидел, а висел на паутинке и думал о том – о сем.
Как-то раз он сидел и думал о том – о сем, как вдруг подпрыгнул потому, что что-то ему взбрело в голову. И то ли из-за того, что что-то взбрело, то ли из-за того, что паучок подпрыгнул, но паутинка, на которой он висел, закачалась.
– Ха! – крикнул паучок-перламутрик. – Как раз дело  для меня!
И взялся за дело.
Работал, работал, работал, все углы в комнате окутал паутиной. А углов было тьма-тьмущая. Углы были и у стола, и у кровати, и у люстры.
Когда в комнату зашел хозяин, он ахнул и сказал:
– Господи, как тут грязно!
И принялся убирать.
Убирал, убирал, убирал, всю паутину убрал.
А паучок еще больше загрустил.
Лучи солнца ворвались в комнату, заглянули во все углы и захохотали. Но что тут смешного? – недоумевал паучок-перламутрик. И продолжая сидеть в углу и даже не сидеть, а висеть на паутинке и думать, что тут смешного, он вдруг подпрыгнул. Потому, что в голову ему взбрело что-то другое.  И то ли из-за того, что что-то взбрело, то ли из-за того, что паучок подпрыгнул, паутинка закачалась.
– Ха! – крикнул паучок-перламутрик. – Как раз дело для меня!
И принялся вязать.
Вязал, вязал, вязал,  связал длинную дорожку из веселых солнечных лучей. Затем постирал дорожку дождем и повесил сушиться на облака. А когда  хозяин зашел в комнату и увидел радугу, он сказал:
– Господи, какая красота!
И вот тогда-то паучок наконец улыбнулся.

                          
                                         

                          КАК  СВЕТЛЯЧОК
    В конце берега, на макушке деревянной башни горел маяк.
    Кок-то ночью вокруг него стал кружиться светлячок.
      - Можно мне подзарядиться светом? – попросил он.
      - Подзаряжайся – разрешил маяк.
   Светлячок зарядил свой фонарик и только после этого огляделся.
     - А ты кто по сути дела? – спросил он.
     - Я – маяк.
     - Что-то вроде морского фонарика, да?
     - Вроде морского фонарика – согласился маяк.
     - А почему ты не горишь постоянно, а время от времени мигаешь? – с любопытством спросил светлячок.
     - Я так сигналю кораблям.
     - Выходит, я тоже гожусь в маяки?
     - Нет, ты слишком маленький.
   Светлячок обиделся.
    - Это не я маленький, а ты большой!
    - Смотря с какой точки зрения – смиренно ответил маяк.
  Светлячок задумался.
    - Значит, ты сигналишь кораблям, – повторил он. – А что такое корабль?
    - Это что-то большого дома, плавающего по морю, - объяснил маяк.
    - Интересно.
    - А вокруг тебя нет кораблей?
    - Нет. Есть трава – ответил светлячок.
    - А что такое „трава”? – поинтересовался маяк.
    - Похоже на лес, но она совсем маленькая и нежная.
    - Ты ради травы заряжаешь фонарик?
    - Да. Ночью я забочусь о ней, проверяя, здорова ли она и заснула ли.
 Оба умолкли.
   - Так что ты сказал  насчет кораблей? – спросил светлячок.
   - Они свободны.
   - Как светлячки, да? – оживился светлячок.
   - Еще свободней. Они долго путешествуют по морям: неделями, месяцами, порой годами. Путешествуют с берега на берег. И повсюду их ждут с нетерпением. Тебя кто-нибудь ждал?
   - Нет.
   - Меня тоже, - признался маяк.
   И они снова умолкли.
        - А когда меня увидят, знаешь, что делают?  Гудят  вот так: „Ту-у-у-у!
        -  С радости, что ли?-  С радости! – гордо ответил маяк.
      -  Расскажи еще про корабли, - попросил светлячок.
      -  На них живут люди, – сказал он. – И все они знают, как я нужен. Поэтому, увидelменя, выходят на палубу и машут рукой. Понимаешь? Благодарят меня.
      -  Значит, машут тебе рукой, - глухо промолвил светлячок. – Наверное, очень славно быть маяком?
     -  Славно, - признался маяк.
     -  Люди любят большие вещи – грустно вздохнул светлячок…
Вдруг двое моряков вышли на палубу корабля, плавающего поблизости. Один из них увидел трепетный свет маяка и улыбнулся.
 - Посмотри! – сказал он. – Как светлячок! 

                              

                                РЕЦЕПТ  ЧУДЕС

Вс любят чудеса. Чудеса – это чудесно! Но мальчик, о котором мне хочется вам рассказать, не только любил их, он хотел их делать.
„Как же делать чудеса?“- думал мальчик. Ему так хотелось узнать, и он пошел к профессору чудес. Профессор был теоретиком (в этом деле все еще нет профессоров-практиков).
- Зачем пришел? – спросил профессор-теоретик.
- Меня интересуют чудеса.
- Ого! Ну, ладно. Впервые чудеса, если обратиться к самым ранним источникам истории чудес, возникли… – начал было профессор.
- Меня история не интересует, – сказал мальчик.
- Хорошо, тогда перейдем прямо к теории чудес. Согласно теории, чудеса делятся на два класса: на чудесные и на не чудесные. Со своей стороны эти два класса…
- Я не интересуюсь теорией – сказал мальчик.
- А чем же?
- Как делать чудеса?
- А-а,  это наш самый короткий раздел. Раздел „Рецепты чудес“. Мы только так его называем, но на самом деле рецепт один.
- Можно его записать?
- Да, хотя и нетрудно запомнить. Почти все знают его наизусть: большое желание, много веры и усердного труда!
- И все?
- Все так говорят, молодой человек! Но однажды начав, всяк понимает, что каждый раз ему чего-нибудь из этих трех не хватает. Поэтому, прежде чем приступить, пойди купи кое-что из этих частей в магазине „Сделай сам чудеса“. Он тут рядом, за углом, – сказал профессор теоретик.
И мальчик пошел в магазин.
- Очень приятно, очень приятно! – воскликнул продавец Совсемнеприятно.
Ему надоело иметь дело с изобретателями.
- Чем могу помочь? – спросил он.
- У вас есть все части для чудес? – спросил мальчик.
- Ах, а что вам нужно? Не желание, ведь правда?
- Нет, желание у меня есть.
- Я так и думал, – сказал Совсемнеприятно. – У нас желание – товар не ходкий. И знаете, почему? Потому, что у всех изобретателей оно имеется. Порой кое-кто даже приходит и оставляет у нас некоторые из своих желаний, чтобы не мешали тому желанию, с которым он сейчас работает. А как у вас с верой?
- Спасибо, вера у меня тоже есть.
- Ну, жаль. Тут можно было бы кое-что придумать. У изобретателей почти всегда имеется вера, но иногда бывает так, что в самом конце, когда они уже изобрели чудо, начинают сомневаться, чудо ли это на самом деле? Тогда приходят к нам и мы их заверяем. Правда, это бывает очень редко. Обычно у изобретателей данный товар бывает в чрезмерном количестве, и прежде чем сотворить чудо, они сильно верят, что это – чудо чудес.
- Ага, – сказал мальчик. – А как у вас с трудом? – спросил он.
- С каким трудом?
- Трудом, с которым делаются чудеса.
- Ой, а вам разве не сказали?!
- Чего не сказали?
- В этом плане материал обеспечивается клиентом! – хмуро и чуть зло сказал Совсемнеприятно, так как ему было совсем не приятно в который раз объяснять, что эта часть для сотворения чудес все еще не продается


            
                            


                  БЕЛЫЙ ТРУБОЧИСТ

   В один прекрасный день, в далеком городе появился трубочист.
   Самый странный трубочист.
    -  Смотрите, смотрите! – показывали пальцем на него дети.
    -  Он в белых брюках!
    - И в белой обуви!
    -И даже в белой рубашке!
    - Только шляпа у него черная, да щетка для сажи!
    - Ты что за трубочист такой? – спросил продавец рыбы.
    - Настоящий, – ответил странный трубочист.
    - Не шути, – усмехнулся продавец. – Вот, я продаю рыбу и весь пропах
морем и водорослями. А на тебе даже пятнышка от сажи нет. Какой же ты
 трубочист?
    - А разве должно быть?
    - Пойдем, почисти трубу и посмотришь.
    Взялся трубочист за дело. Почистил трубу, вымел сажу и стал еще белее
прежнего.
    И обувь белая, и брюки белые, и рубашка белая. Толька шляпа черная,
 да щетка для сажи.
    - Этого не может быть! – окружили его люди. – Делать такое грязное
 дело и совершенно не замараться!
    И все стали трогать его, чтобы убедиться, что трубочист настоящий. И
 во второй раз трогали, чтобы убедиться. И в третий раз…
    И трогали, и трогали его…

    И трубочист стал черным.                                 
                                         

              ЭТОТ СТРАННЫЙ ГОРОД

Бродили двое веселых братьев по белу свету.
Как-то раз добрели они до центра незнакомого города. Город был красивым и ухоженным, а люди – опрятными, и, видимо, добрыми.
– Почему бы нам не поселиться здесь? – спросил младший брат.
До этого оба скитались туда-сюда, из города в город, но уже устали.
 – Мне тут тоже нравится, – согласился старший брат.
Вдруг к ним подбежал запыхавшийся человек.
– Не пробегала ли здесь моя собака? – тревожно спросил он.
– Да, – сказал старший брат, который был большим шутником. – Только-что улетела.
– Чего? – от удивления разинул рот человек.
– Я же говорю. Улетела! Подбежала ко мне, вильнула хвостом, расправила крылья и улетела.
– Но ведь моя собака не умеет летать! – удивился человек.
– Ну да! – покачал головой младший брат, который был не меньшим шутником. – Все собаки, если занервничают, летают.
– Ой! – шлепнул себя по колену мужчина и стал причитать. – Ой, беда-та какая! И куда она полетела? – с надеждой спросил он.
– На крышу вон того дома, – показал ему старший брат.
И мужчина побежал к дому.
– Ой, любимая моя собачка, хорошенькая моя собачка, да ведь это с ней впервые. Летать! – бормотал он себе под нос и бежал.
Тут рядом проходил почтальон. Он вдруг остановился и стал озираться вокруг.
– Случилось что? – спросил младший брат.
– Подумать только, – недоумевал  почтальон, осматривая землю вокруг. – Ведь оно только-что было у меня в руках.
– Что? – поинтересовался старший.
– Письмо, разумеется, – пробормотал почтальон.
– А ты разве не видел? – засмеялся младший брат. – Давеча оно вырвалось у тебя из рук, перебежало через площадь и прыгнуло в отъезжающий автобус. – И он показал пальцем на как раз отъезжающий автобус.
– Ничего смешного я не замечаю, молодой человек! –  закипятился почтальон и побежал вслед за автобусом.
Не успели братья удивиться, как рядом с ними остановился солидный рослый господин, как раз сошедший с автобуса, за которым погнался почтальон.
– Зачем этот гражданин бежит за автобусом? – спросил прохожий.
– Кто-то забыл там хорошее настроение, и он должен отправить его ему по почте, – сказал старший брат.
– Там забыли еще несколько настроений, – вздохнул младший брат, – и кто-нибудь может спутать их и взять чужое.
Солидный рослый господин стал лихорадочно шарить по карманам и вдруг тоже побежал за автобусом.
– Ну дела! – воскликнул младший брат. – Это город то ли чудес, то ли глупцов!
– Хуже! – покачал головой старший.
И оба поспешили прочь из города. Ведь правда: что может быть хуже города, где люди не понимают шуток?

                                    


                              ПОЧЕМУ?

Их называют Младшим Почему и Старшим Потому, что.
– Почему облака белые? – спрашивает Младший Почему.
– Потому, что это клочки пара – отвечает Старший Потому, что.
– А почему иногда они бывают розовыми? – интересуется Младший Почему.
– Потому, что через них переламливаются лучи солнца – бормочет Старший Потому, что.
– Как ты думаешь, почему у людей неть крыльев? – любопытствует Младший Позему.
– Потому, что они не птицы – говорит Старший Потому, что.
– А почему люди не рождаются птицами?
– Потому, что иначе они были бы без рук.
– А зачем людям руки?
– Потому, что руками они могут построить дом, нарисовать небо и сделать крылья.
– А почему, вместо того, чтобы делать то, второе или третье, твои руки иногда дерут меня за уши?
– Потому, что лучше задавать глупые вопросы, чем пачкать маслом скатерть.
– Но почему? – хитро спрашивает Младший Почему и быстро выбегает на улицу. Потому, что рука Старшего Потому, что уже заносится над его ухом.
Как вы думаете, почему?
                                      


  КТО ПОЗАБОТИТСЯ О МАЛЕНЬКОМ ОДУВАНЧИКЕ 

       Он был маленьким волшебником. Нет, не потому, что волшебство у него было маленьким, а потому, что ростом он был мал. Мал, как листик одуванчика.
       Однажды маленький, ростом с листик одуванчика, волшебник, сидел на траве… Нет - не просто на траве, а на травинке, и качался, словно на качелях, потому что ему было весело, а весело было, потому что погода была солнечная, а погода была солнечная, потому что это был прекрасный летний день.
       И вдруг, среди этой красоты раздался голос:
       – Так грустно!
       Маленький, ростом с листик одуванчика, волшебник, прислушался.
       – Очень грустно! – повторил голос.
       И маленький волшебник понял, что это голос желтого одуванчика над его головой.
       – Что-то случилось? – спросил волшебник.
       – Каждый раз что-то случается, – сказал цветок.
       – Но не каждый же раз что-то грустное, правда?
       – Не каждый, – согласился цветок.
       – Тогда почему тебе грустно точно сегодня?
       – Потому что есть что-то, от чего грустно каждый день.
       – И что это?
       – То, что я обычный цветок, – признался одуванчик, тяжело вздохнув.
       – Ну и ну! –  воскликнул маленький волшебник и устроился поудобнее.
       – Вот эта травинка, на которой я сижу, совсем обычная, и ей никак не грустно, наоборот – очень даже весело,  – сказал он.
       – Но это же обычная травинка среди обычной травы, а я – обыкновенный цветок среди необыкновенных цветов. Это все меняет.
       Маленький волшебник закачал ножки в раздумьи.
       – Меняет, – не совсем убежденно согласился он.
       – Вот роза, – продолжил цветок, – Ее обрезают, поливают, опрыскивают. А меня? Кто обо мне позаботится? – повысил голос он.
       – Я, – ответил какой-то голос.
       – Кто? – спросил цветок.
       – Я, – повторил голос и маленький одуванчик понял, что этот голос принадлежит тому самому человечку, который сидит на травинке и болтает ножками.
       – А ты кто? – удивился цветок.
       – Я Маленький волшебник, ростом с листик одуванчика.
       – Хм! – сказал цветок, – То, что ты маленький, я и сам вижу, но ты правда волшебник?
       – Да, – скромно признался человечек.
       – А ты можешь для меня что-то сделать?
       – Могу, – кивнул маленький волшебник, продолжая болтать ножками в воздухе и ему было весело, потому что погода была солнечная, а погода была солнечная, потому что это был прекрасный летний день.
       – Знаешь… – начал цветок, - Я попросил ветер, но он насмеялся надо мной. Понимаешь?
       – Да, – сказал маленький волшебник. – Почему насмеялся? – спросил он сморщив носик.
       – Потому что я попросил его остаться со мной. А в этом нет ничего смешного.
       – Ничего! – согласился волшебник.
       – Вот нарцисс! – продолжил цветок, – Он влюблен в себя. Целыми днями в зеркало смотрится. Роза без ума от солнца, хотя и не признается в этом. А я полюбил ветер и поэтому попросил его остаться со мной.
       – Понимаю, - нахмурился волшебник.
       – А он так смеялся, когда я попросил его, - цветок чуть не плакал. – Где это видано, чтобы ветер с одуванчиком остался. А если и правда меня любишь, пойдем со мной по белу свету! Так сказал. Понимаешь?
       – Понимаю, – продолжал хмурить брови волшебник. – А почему бы тебе не отправиться с ним?
       Цветок удивленно смотрел на сморщенное личико волшебника.
       – Почему бы не отправиться с ним? – рассердился маленький волшебник  и... – Пч-ху! – наконец-то чихнул.
       Одуванчик засмеялся, и его улыбка так засияла, что он совсем побелел и разлетелся тысячами парашютиками, которые взметнулись по ветру. А маленький, как листик одуванчика, волшебник  продолжал сидеть себе на травинке.
       И ему было весело, потому что погода была солнечная, а погода была солнечная, потому что солнце обрадовалось, что наконец кто-то позаботился о маленьком одуванчике.
                              

               СТРАНА НАОБОРОТ

Есть страна, в которой все наоборот.
Называется она Наоборот.
„Доброе утро!“ - говорят вечером. – „Добрый вечер!“ – говорят утром. – „Какая прекрасная ночь!“ – восхищаются в полдень. – „Ну и солнце же!“ – ворчат ночью.
Все в этой стране наоборот. „Какое море!“ – удивляются капле дождя. – „Какая перламутровая капля!“ – радуются морю.
Там все наоборот, даже радуга. „Какое счастье!“ – говорят и даже не очень грустят, ведь разве бывает счастье без чуточки грусти?
Такая вот страна Наоборот. И веселая, и грустная, и немного странная. Но не думайте, что это страна обмана. Нет, в этой стране никто и никогда не обманывает. И если когда-нибудь побываете в ней и пожелаете кому-либо: „Хорошего дня, друзья!“, вас сочтут злейшим жуликом и лжецом, стало быть, не стоит радоваться, если услышите за своей спиной:
       Ну что за честный человек!
Ибо это страна Наоборот!





                                       


                                 ХЛОПЧАТИК

Жил когда-то маленький человечек – мягкий, пушистый, легкий и белый. Человечек из хлопка. Звали его Хлопчатиком. Жил Хлопчатик на белом свете. Белый свет был доволен им, ведь он никому не мешал. Хлопчатик, однако, не был доволен белым светом. Так как на свете, кроме хлопчатиков, есть и человечки из огня, железа и грязи. И все они преследовали его за то, что он не был похож на них. Человечки из грязи хотели его загрязнить, человечки из железа – растоптать, а огненные человечки – сжечь его. И всех их Хлопчатик боялся, от всех бежал. Но не только их боялся он. Он еще боялся солнца за то, что оно может его поджечь, боялся воды за то, что она его намочит, ветра – за то, что он его разбросает.
И Хлопчатик ухитрился. Научился вилять меж лучей солнца и капель дождя, перепрыгивать через лужи, не перебегать дорогу ветру и обманывать остальных человечков, обманывать даже солнце, ветер и воду и настраивать их друг против друга. И все – из-за страха.
Хотя на самом деле был неплохим человечком. Даже хотел сделать что-нибудь хорошее, что-нибудь большое. Но не умел.
Как-то раз увидел Хлопчатик цветок. Цветок томился от жажды.
–Прошу тебя, – сквозь слезы сказал он. – Все воюют друг с другом. Огонь с водой, солнце с ветром, человечки между собой, и никому до меня нет дела. Принеси мне в горсточке немного воды, немного солнца и чуточку ветра.
Хлопчатик ужаснулся.
–Мне бы хотелось, но я боюсь, – признался он.
–Но ведь я погибну, – заплакал цветок.
Хлопчатик еще больше испугался.
–Теперь никому до тебя дела нет, – сказал цветок. – И никто тебя не тронет.
Хлопчатик побрел, скрепя сердце.
Пришел к ветру и попросил его:
–Дай мне горсточку воздуха!
–Убирайся! – взвыл ветер. – Солнце не смогу, но тебя разбросаю!
И Хлопчатик побежал дальше. Подошел к солнцу.
–Эй, дай мне немного тепла! – крикнул он.
–Убирайся с глаз долой! – сказало солнце. – Ветра не смогу, но тебя сожгу.
Хлопчатик пришел к воде и заплакал, так как ему очень хотелось помочь цветку.
–Пожалуйста, дай мне горсточку воды.
– Проваливай! – забулькала вода. – Солнце не смогу, но тебя утоплю!
И Хлопчатик заплакал. Заплакал от страха и со страху упал в воду. Но вода не любит легких вещей, поэтому подняла его на поверхность. Волны выбросили его на берег, солнце его просушило, ветер взъерошил, и Хлопчатик снова стал прежним Хлопчатиком.
И побежал от воды, солнца и ветра. Потому, что побоялся.
А цветок погиб.



                                  

                      НАСТОЯЩАЯ ДОРОГА               
Это была грустная дорога. Самая что ни есть грустная дорога. Никто и никогда по ней не шел. Может потому, что она была трудной и крутой.
Сперва она не была грустной. Такой стала спустя годы. Ибо что это за дорога, по которой никто не ходит?
Как-то раз она проснулась от шагов человека.
–Ты кто? – спросила дорога.
–Я тот, кто ищет.
–И чего ты ищешь?
–То, что нелегко найти.
–Разве его больше нет?
–Есть, но смотря где искать. А ты куда ведешь?
–Куда-то. Смотря куда можешь прийти.
–А ты нелегкая, – вздохнул человек.
–Поэтому остальные возвращаются.
–Я не стану возвращаться.
–Тебе знать, – сказала дорога.
–Ты не слишком любезная.
–Мое дело вести, а не болтать.
–Ну ладно, веди, – сказал человек и пошел дальше.
Он не стал возвращаться.
Говорят, он нашел свое счастье. Но дорога, как любая настоящая дорога, ничего не говорит об этом.

                       


      А ЧЕЛОВЕК ПРОКЛАДЫВАЛ ДОРОГУ...
Это было задолго до вчера, до позавчера, так задолго, что на земле все еще не было дорог.
Тогда один человек принялся делать просеку в лесу.
Сбежалась толпа.
– Что это он задумал? – послышался голос. – Вы часом не знаете?
– Он хочет, чтобы все мы добрались до ее конца, – высказал предположение ленивый.
– Это невозможно, – отрезал строптивый. – Даже сам он не сможет добраться до конца.
– Доберется или не доберется, все равно в конце нет ничего! – сказал трусливый.
– А может, и есть – отозвался кто-то.
Человек продолжал рубить лес..
– Вот дела! – восхитился любопытный.
– Это не дела, а дурачество, – заявил ленивый.
– А может, и не дурачество, – бросил нерешительный.
– Посмотрим, что получится, – сказал предосмотрительный.
– Может, и не получится ничего, но главное, что что-то получается, – ухмыльнулся шутник.
И все вместе шли за ним и судачили над смыслом и бессмыслием того, что он делал.
А человек продолжал рубить лес. И прокладывать дорогу.

                         

                            
                   ЗЕМЛЯ ПЛОСКАЯ

Было время, когда Земля была совершенно плоской.
Можно было добраться до ее конца и свесить ноги в пустоту.
Тогда на площадь явился человек и сазал:
– Она  круглая!
К нему подбежали любопытные.
– Кто она?
– Земля! – сказал человек.
– Да неужели? – изумился  кто-то.
– Что он сказал?! – послышался голос.
–Что Земля похожа на шар для боулинга, – объяснил один из сбежавшихся.
– Что Земля подобна апальсину! – добавил другой.
– Вот именно, – сказал человек. – Земля круглая!
Люди оглянулись изумленно.
Инквизиции не пришлось долго маяться.
Присутствующие насобирали хворосту и дров, а Главный Инквизитор поднес факел к костру.
Человек сгорел.
Время шло.
Подтвердилось, что Земля круглая.
Тогда множество снова скопилось на площади. Строители привезли дорогой мрамор, выдающийся скульптор изваял того Человека, сказавшего когда-то, что Земля круглая. И с пышной церемонией памятник был открыт.
Главный Инквизитор перерезал ленточку.
„Щелк!” – тихо щелкнули ножницы.
И тогда Человек с памятника улыбнулся.
Увидев со своего пьедестала,  что Земля оказалась совершенно плоской!

                  


              СТРЕШНЕЕ  ВСЕГО...
           
Воробышек, которого все звали Чик, а на самом деле это был Чик Чирикич Чириков, выпорхнул из своего домика и сел на край крыши. Вчера выпал снег, и теперь он с удивлением заметил, что во дворе стоит снеговичок. Чик перебрался на самый край крыши, нагнулся, чтобы разглядеть еге получше, и защелкал языком:
– Чик, чик, чик! Целый год живу на свете, но такого еще не видал. И тело его из снега, и голова тоже из снега, а вместо носа – морковка!
Снеговичок стоял смирно, словно снежный солдатик, и молчал.
  Чик Чирикич Чириков был очень любопытным, поэтому взлетел, покружил немного, но не подошел ближе потому, что был трусливым.
– Эй! – крикнул он. – Давай знакомиться. Меня зовук Чик. Я родился в прошлом году.
  Снеговичок продолжал молчать и стоять смирно.
– Ты, видимо, стеснительный. Ну, ничего. Я расскажу о себе, и тогда, как говорил мой отец Серый Воробей, твоя стеснительность...
Но Чику не удалось рассказать до конца, что говорил его отец, так как в эти минуту под кровлю пробрался желтый котенок с шерсткой в полоску, который был похож на тигренка, но в отличие от тигрят был очень добродушным и большим ворчуном.
Его звали Мыр Мур Мырмуром.
  – Эй, Чик! – поднял голову Мырмур. – Ты что, вслух что ли думаешь?
 Чириков обиделся. Он был не только любознательным, немного трусливым, но и очень обидчивым.
– А ты, кажется, не видишь дальше своих усов, – сказал он.
  – Извини, – промурлыкал Мырмур. – Я не заметил, что ты разговариваешь с кучкой снега.
  – Кучкой? – возмутился Чик. – Да ведь это почти человек. Но, кажется, немного из снега.
– Это как: „почти человек, немного из снега”? – удивился Мырмур.
– А вот так! С телом из снега, с головой из снега, а вместо носа – морковка.
  – Этого не может быть! – возразил Мырмур. – Людей из снега не бывает!
  Он подошел к снеговичку, разсмотрел его со всех сторон, потерся спинкой о него и промурлыкал:
  – Ты прав, Чик! Этот весь из снега. Эй, ты кто? – спросил Мырмур и попытался дернуть его за морковку.
  Снеговичок продолжал молчать.
  – Он стесняется, – скъзал Чик.
  Мырмур снова стал рассматривать его.
– Думаю, ты ошибаешься, Чириков! Этот не умеет говорить. И знаешь, почему? Потому, что лишен рта. Не изволишь нарисовать?
Чириков подумал-подумал, подлетел и быстренько черкнул клювиком черточку на лице из снега.
– Привет! – поздоровался Мырмур.
– Привет! – ответил снеговичок.
– О-о! – крикнул Чик и очень обрадовался. – Ты кто?
– Я не знаю, откуда я, – ответил тот.
Мырмур и Чик обменялись взглядами.
– „Откуда” разве равняется  „кто”? – с подозрением спросил Чик.
– Нет. Но чтобы быть кем-то, надо быть откуда-то. А я не знаю, откуда я.
– Ничего себе! – проворчал Мырмур. – о Чириков, ты что-нибудь понимаешь?
– Кажется, да, – сказал Чик. – Вот ты – с нашего двора, поэтому ты – котенок. А я – с нашей крыши, стало быть, я воробей. А он не знает, откуда он, поэтому не знает кто он. Понимаешь, Мырмур? Чтобы быть кем-то, обязательно надо быть откуда-то.
– Это точно! – согласился снеговичок.
– А если кто-нибудь ниоткуда, означает ли это, что он - никто? – спросил Мырмур.
– Да, – сказал снеговичок.
– Выходит, ты – никто! – обрадовался Чириков.
– Не вижу, чему радоваться – обиделся снеговичок. – И кроме того, никто есть ниоткуда, а я просто не знаю, откуда я.
– Ничего себе! – проворчал Мырмур. – Чириков, ты что-нибудь разумеешь?
– Кажется, – сказал Чик, – ему очень обидно, быть никем. А чтобы быть кем-то, надо быть откуда-то.
– Так точно, – согласился снеговичок.
– Вот видишь! – снова обрадовался Чириков. – Теперь надо узнать, откуда он. Как ты думаешь?
– Не знаю, – признался Мырмур. – Ты читаешь больше меня.
– Да! – вспомнил Чик. – Где-то было написано, что в Гималаях...
– Гималаи это что? – спросил снеговичок.
– Это... это... – начал Мырмур. – А что это было, Чириков?
– Это горы, как все остальные, только выше и дальше.
– Теперь понял? – сказала Мырмур. – Выше и дальше!
– Так что про Гималаи? – спросил снеговичок.
– Значит так, где-то я читал, что там есть снеговики.
– Может, ты гималайчик? – с подозрением посмотрел на него Мырмур.
– Он же сказал тебе, что не знает, откуда он, – напомнил котенку Чик. – Мне кажется, – обратился он к снеговичку, – что тебе лучше уехать в Гималаи. Можте, ты оттуда?
– Да, ты прав! – согласился тот. – Придется ехать. Потому, что, знаеш? Страшнее всего быть ниоткуда.
– Ничего себе, – проворчал Мырмур. – Чириков, что он хочет этим сказать?
Чириков задумался.
– Ну-у-у... – не совсем уверенно начал он. – Хочет сказать, что... если б я не был с нашей крыши, а ты не был с нашего двора... Словом – страшнее всего не иметь своего двора или своей кровли, – заключил он.
А утром, когда Чириков и Мырмур вышли во двор, снеговичка уже не было.
– Слушай, Чик! – поднял голову Мырмур. – Этот, наверное, уехал в Гималаи.
– Наверное, – согласился  Чириков. – Ведь ты сам говорил, что он должен найти, откуда он.
Затем сел на крышу, задумался и защелкал языком.
– Чик-чик-чик! Целый год живу на свете, но мне и в голову не приходило, что страшнее всего быть ниоткуда.

                      

         
       БЕДА   ЕСЛИ ЗАЙКА , КОТОРАЯ...

        
   Однажды Лес проснулся от крика Антилопы.
- Горе, горе!
Кроты повыскакивали из нор, белки – из дупел, медведи – из логов.
- Что такое, что произошло? – спрашивали друг друга звери.
- Ой, горе-то! – задыхалась Антилопа. – Зайка, которая перебегала  через мостик, мостик сломался, и Зайка упала в речку.
- Ой-ой-ой! – испугались зверюшки.
- Бедные зайчата, останутся без мамы! - заметил кто-то.
- Какое горе! – отозвался Лес.
Тогда вперед выступил Лев.
-  Что тут происходит? – поинтересовался он.
-  Горе стряслось! – наперебой заговорили зверюшки. – Зайка, которая перебегала через мостик... Мостик сломался, и Зайка упала в речку.
-  Понятно! – перебил их Лев. – Это не горе! Это беда. Горе – если какой-нибудь дурак прицелится мне в голову, выстрелит, да и вправду попадет.
-  Почему? – спросил кто-то.
-  Потому, что некому будет вами править!
-   О-о-о! – сказали животные.
-   Я чего-то не понял... – переспросил Ежик.
-   Горе – если дурак попадет во Льва – сказал Лес.
-   Но это же не беда! – заметил кто-то. – Беда – если Зайка, которая...

Сказал ежик и потащил свой узелок с иголками.

                         



                  НЕ  ОБРЕТАЙТЕ  ПОПУГАЯ

Жил на свете человек, и был у него попугай – с желтым брюшком и голубым пятнышком на головке.
Самый простой попугай.
И как все попугаи, он повторял все, что ни услышит. Но напоследок с этим попугаем что-то произошло. Вместо того, чтобы выговаривать слова хозяина, он стал выговаривать вслух его мысли.
Что может быть неприятней?
Не прошло и недели, и человек поссорился с женой, с друзьями и даже с управдомом с первого этажа. И все из-за этой проклятой птицы.
– Послушай ты, общипанный! – закричал мужчина попугаю и схватил его за шею.
– Я тебя убью! – прокричал попугай.
–  Я действительно так подумал, – покачал головой мужчина, – но не убью тебя, а продам!
И продал его мяснику.
Мясник только повесил клетку в магазине, когда зашел самый капризный и противный клиент.
– Ты приберег что-нибудь для меня? – спросил противный клиент.
– Нечто чрезвычайно нежное! – ответил мясник и достал из-под прилавка кота. – Это – молодой кролик! Только-что привезли.
– Вчера ночью бегал по крышам и мяукал, – добавил попугай.
Клиент с негодованием вышел из магазина, а мясник тут же поторопился продать попугая таксисту.
– Я уже сделал три курса, – сказал таксист остановившему его контролеру.
– И четыре „левых”, – дополнил попугай.
Таксист поторопился избавиться от него и продал чиновнику.
– Ах, как приятно! – с улыбкой встречал своего начальника чиновник. – Мы с женой как раз говорили о вас все самое хорошее.
– Да пошел ты сажать салаты, вместо того, чтобы издеваться над всем учреждением! – воскликнул попугай.
Чиновник продал попугая мальчику.
– Ты скушал бутерброд? – спросила мать.
– Да, было очень вкусно, – кивнул мальчик.
– И упал прямо на шапку прохожего, – отозвался попугай.
Мальчик продал попугая... Ой, я забыла, кому!


Может, тебе?

                             

СКАЗКА, О КОРАБЛЕ КОТОРЫЙ БОЯЛСЯ
БРОСИТь ЯКОРь 
      Он был молодым кораблем. Настолько молодым, что все еще не знал ровно ничего о белом свете и об океане. Неспешно рассекая волны прищуривался, остерегаясь брызг, и прислушивался к рассказам старых кораблей. Они говорили о многом  интересном: о долгих морских путешествиях, о моряках, обманутых зовом русалок, о землях, до которых достигали лишь корабли-призраки. Но чаще всего они рассказывали о пристанях. О том, как прекрасны далекие порты и как коварны близкие гавани.
      От них он узнал, что порты с радостью встречают каждое судно.
О, они способны радоваться! Но лишь судно отчаливает, его тут же забывают.
      Нет, порты не умеют тосковать!
      Бывало, иногда какой-нибудь корабль влюблялся в пристань и когда состарится, возвращался к ней и вставал на якорь, такой особый - на всю жизнь.
      Спустя некоторое время его доски рассыхались, корабль разваливался и из него рыбаки делали плоты. Совсем обычные плоты.
      Он был молод и красив. Вокруг него было множество яхт, но они не были для него проблеммой.  А разве корабль может любить нечто, что не проблемма для него?
      Нет. Он искал глазами берега. Там ночью выплескивались бешеные огни, а его корпус поскрипывал от силы притяжения. Правы были старые корабли: красивы далекие пристани! Но он никогда к ним не подходил, помня как коварны близкие порты!
Множество солнц погасло в море, много лет утонуло в шуме морских раковин, а корабль все плавал и плавал. Сотни бурь рассекал своим корпусом, тысячи волн выровнял, но никогда не встал на якорь.
Состарился.
      Однажды ночью во время шторма он понял, что пришел его черед.
      - Разве это конец? – встрепетнулся он.
      - Да – промолвили волны.
      Корабль сделал усилие поймать взором берег.
      Ничего не было видно. Он заплыл слишком далеко.
      - Жаль! – вздохнул. – От меня не останется ничего.
      - Да – прошептали волны.
      - Даже доски на плоты.
      - Да – повторили снова они и немного вскружились там, где миг спустя уже не было корабля, который боялся бросить якорь.
                             

     ДВА  УТЕСА – МАЛЕНЬКИЙ  И  БОЛЬШОЙ

Над морем возвышались два утеса – Маленький и Большой. Когда-то Маленький тоже был большим, но стоял подальше в море, и о него разбивались волны и штормы. Каждая волна уносила по песчинке, каждый шторм отламывал по кусочку. Со временем утес все больше уменьшался, и за ним все четче выступал Большой утес.
Той ночью бушевал шторм. Маленький утес не помнил подобного. Вода и небо слились воедино. Лишь под утро солнце разняло разгневанных врагов. Море недовольно отошло, а небо медленно стало проясняться. Маленький утес еле смог посмотреть на Большой и улыбнуться. И этой ночью мне удалось сохранить его – подумал он. На Большой не упали даже брызги от шторма.
Тогда послышался отчаянный крик чайки, потерявшей своего друга.
– Где он, где он!
Она напрасно мелькала между водой и небом.
– Я не знаю, – прорычало море. – Я не видело ничего, кроме этого злого неба, обрушившегося на меня.
– Я не знаю, – отозвалось небо. – Я видело только это хищное море, которое пыталось утопить меня в своих глубинах.
– Я видел! – сказал Большой утес, и море, небо и чайка посмотрели на него. – Когда небо  спустилось, а море стало терзать его, твой друг сел на палубу того корабля, что плывет туда, откуда восходит солнце.
– Спасибо тебе, – поклонилась ему чайка в низком полете. – Ты действительно большой!
Небо улыбнулось, море тихо смирилось и Большой утес стал, казалось, еще больше и величественней.
И никго не заметил Маленького утеса, уставшего от шторма.
– Как жаль, – сказало солнце и поспешно скрылось за тучку.                                                        
                            


                   ГВОЗДИКИ ДЛЯ ЗВЕЗД
    Это было давно. Наидавнейше давнего.
     Упала звезда.
     - Загадай желание – сказал кузнец.
     - Зачем? – спросил мальчик.
     - Если загадать желание, когда упала звезда, то желание сбудется.
     - Но у меня много желаний!
     - Надо загадать только одно.
     - А если загадать одно-единственное желание: чтобы сбылись все мои желания?
     - Так нельзя. Откуда знать звезде, какие все твои желания?
     - Верно.
     - Как жаль. Одна звезда уже упала, а ты ничего не загадал.
     - Может, упадет еще звезда?
     - Может быть.
     - А что, если вдруг упадут все звезды?
     - Тогда кое-какие останутся без желаний. Понимаешь? Зачем им зря пропадать?
     - И потом будут желания, а для них не окажется звезд, да?
     - Именно.
     - Значит, надо браться за работу.
     - За какую работу?
     - Надо некоторые прикрепить прочнее. Чтобы не падали сразу.
     - Правильно. Давай!
     - Раз, два, три... – Мальчик стал считать, а кузнец – чеканить гвоздики для звезд.
     Это было давно. Наидавнейше давнего. Однако, и по сей день мальчик считает, а кузнец продолжает чеканить гвоздики для звезд.
     Ведь если они упадут все сразу, для новых желаний не окажется звезд!
                                    


            ВСТРЕЧАЮЩИЙ САДОВНИК

–Кем ты станешь, когда вырастешь?
–Астронавтом.
–А ты?
–Командиром космического корабля.
–А ты?
–Космонавтом-химиком.
–А ты?
–Встречающим.
–Кого?
–Космонавтов.
–И чем будешь заниматься?
–Буду встречать космонавтов с цветами.
–Это значит, что тебе придется собирать цветы!
–Да. Буду собирать.
–Но для того, чтобы собрать, прежде придется их поливать!
–О, да! Буду поливать.
–И окучивать.
–Обязательно.
–И бороться с сорняками!
–Совершенно верно.
–Так что же получается?...
–Понятно! Я стану встречающим садовником.



                     
                              



                      ЗАБЛУДИВШИЙСЯ  СОН

        Мальшчик спал и видел сон.  Чудный сон! По обе стороны дорожки тысячи детей махали ему цветами и воздушными шариками. Мальчик в последний раз обернулся, поднял руку на прощание и зашел в Ракету. Машины взревели.
Машины продолжали реветь.
Громыхать.
Звенеть.
Кто-то коснулся его лица.
– Давай, просыпайся, – сказала мама и поцеловала его в щеку. – В школу пора!
– Хочу досмотреть сон, – пробормотал мальчик и снова обнял сон.
– Вечером досмотришь, – улыбнулась мама. – А теперь поторопись, а то опоздаешь.
Мальчик встал с постели, а сон уснул. Это был очень уставший сон.
Мать стала убирать постель, не заметила его и из простыни вытряхнула его на улицу. Сон упал на тротуар и проснулся.
– Ой! – вскрикнул он. – Со мной никогда так не обращались. Я твой? – спросил он у тротуара.
Тротуар посмотрел на сон и проворчал  с презрением:
– Мне никогда не снилась подобная чушь! Мои сны прекрасны. Мне снится, что я высокий утес, до которого не могут добраться ни досадные машины, ни шаги прохожих.
– Ладно, ладно, – махнул рукой сон и побрел по улице.
Навстречу ему шел человек, и сон дернул его за рукав. Мужчина остановился в недоумении, а затем улыбнулся и покачал головой.
  – Ты не мой,  – сказал он. – Мне не снится ничего подобного. Ночами напролет мне докучают планы и заседания. Может, ты из моего детства? Но нет! Тогда мне снились луга, над ними – бумажные змеи, и только изредка – самолет. Какими хорошими были сны когда-то! – вздохнул мужчина.
На перекрестке сон остановился перед милиционером.
– Я заблудился! – сказал сон.
– Неужели? – удивился милиционер. – Гражданин, не переходите улицу на красный свет! – свистнул он нетерпеливому прохожему.
– Я заблудился! – напомнил ему сон. – Может, я ваш?
Милиционер осмотрел его.
– Нет, – покачал он головой. – Мне снятся пустые улицы или хотя бы оживленное движение, но без нарушителей.
Сон побрел дальше. Увидел воробья, клевавшего крошки, и остановился рядом.
– Кажется, я не твой тоже – сказал сон.
– Нет, не мой, – ответил воробей. – Мне снится, что солнце – золотое гнездо, а вся земля покрыта крошками. Прекрасный сон! Разве нет? А что касается ракет, о-о-о, я ненавижу ракеты, ведь они поднимают так много лишнего шума.
День отошел. Пришел вечер.
Мальчик лежал в постели и все не мог уснуть.
Вдруг дверь открылась и в комнату зашел сон.
Мальчик улыбнулся и обнял его. Затем закрыл глаза.
И стал видеть сон. Чудный сон! По обе стороны дорожки тысячи детей махали ему цветами и воздушными шариками. Мальчик в последний раз обернулся, поднял руку на прощание и зашел в Ракету.

                                  
  
                                  ..
РАДИ  МОТЫЛЬКОВ, НАВЕРНОЕ...
                                                                                            
-  Ты кто?
       -  Я – уличный фонарь.
       -  И что ты делаешь?
       -  Как видишь, - горю.
       -  Для кого?
       -  Неужели ты не замечаешь?
       -  Никого нет.
       -  А это множество мотыльков?
       -  Ты горишь ради них?
       -  Конечно,  ради них!
       -  А как насчет людей?
       -  Что насчет людей?
       -  Я думала, что ты горишь ради них.
       -  О, нет! Ради мотыльков. Посмотри, как они кружатся. Вокруг меня им светло
и тепло. Понимаешь? Я им нужен.
       -  А люди?
       -  Что люди? Они идут себе по улице и не думают об уличном фонаре.
       -  Но ты им тоже нужен.
       -  Вряд ли. Они всегда торопятся.
       -  Но когда ты погаснешь, люди тебя починят. Зачем им это делать, если ты им не
 нужен?

       -  О-о-о! Ради мотыльков, наверное…



                                   

  ПУХ СО ЗВЕЗДНЫХ ТОПОЛЕЙ

     Это произошло в тот день, когда тополя зацвели, и от них над улицами разлетелся пух. Тогда на землю спустился пушок, который был совсем как тополиный. Однако...
    Этот пушок был космическим и прилетел со звезд, где  тогда тополя тоже цвели.
    Пушок искал новые планеты, на которых посадить тополя, и звали его Пух.
    Ветер понес его, и Пух оказался на носу песика, стоявшего у подъезда дома. Песик терпеливо ждала свою хозяйку, чтобы идти гулять.
    - Ой! – вскрикнул от радости Пух. – Космическое существо!
    Гаф (так звали песика) разозлился и чихнул, и Пух спрыгнул на траву.
    - Слушай, - сказал пес. – Меня зовут Гаф и я – пес.
    - О! – воскликнул Пух. – Космический пес! А где же Пушинка? – любезно спросил он.
    - К вашему сведению, - зарычал Гаф, – я чистокровная болонка, белая, с пятном на спинке, по паспорту – Гаф. И если хотите знать, живу на пятом этаже.
    - А я – Пух и прилетел со звезд, - объяснил Пух.
    Гаф с сомнением посмотрел одним глазом вверх и рыкнул подозрительно. Ведь была пора, когда цветут тополя, и любого можно запросто обмануть.
    - Там тоже есть собаки – продолжал Пух. – Но ты космическая! О, как я рад! А ты не видел Пушинку?
    Тут рядом с Пухом упала еще одна пушинка совсем как он и как все тополиные пушинки.
    - О, Пушинка! – обрадовался Пух. – Я нашел космическую собаку!
    - О-о-о! – с радостью взвизгнула Пушинка.
    Гаф смущенно переступал с ноги на ногу.
    - Пушинка, наши собаки обыкновенные, а у этой есть паспорт и она живет на этаже, - важно объяснил Пух.
    - О, какая фантазия! О, какая прелесть! Космическая собака с этажа! – визжала Пушинка.
    - Ой! – тихонько гафкнул Гаф. – Мне всегда казалось, что я – обыкновенная собака, а оказывается – космическая.
    - Эй, встань-ка, пожалуйста, я хочу тебя пухнуть! – крикнул Пух и достал из пушистого кармана пушистый фотоаппарат.
    - Пух, постой! – взвизгнула Пушинка и прыгнула Гафу на спину. – Сфотографируй и меня верхом на космической собаке.
    Тут Гаф увидел, что мимо идет щенок с третьего этажа. Он шел важно на поводке впереди своей хозяйки. До нынешнего дня Гаф никогда не обращал на него внимания потому, что думал, что это просто щенок. Но сейчас заподозрил, что он тоже космический. Стряхнул Пушинку с себя и побежал сказать ему это.
    Щенок не понял, что Гаф хочет только поговорить, а подумал, что он наконец-то решил поиграть с ним, поэтому побежал. Гаф залаял, щенок заскулил от радости, а хозяйка закричала. И настал настоящий космический галдеж.
    А Пух и Пушинка улетели.
    Куда?
    Наверное, искать планету, не засаженную тополями. Ведь что такое весной планеты без цветов звездных тополей?


  
                             

                     ПОСЕЯТЬ МЕЧТУ                                                                                  
          Это был обычный поселок на конце света, с обычным голубым небом над ним.
Это были обычные люди с обычными заботами, отсчитывающие время по числу солнц.
Это был обычный паренек, родившийся там, где не было моря.
Каждый год в этот поселок приходил музыкант. Он тихо перебирал струны своей гитары, и с них сыпался серебряный звон. Мужчины оставляли работу, женщины бросали стирку, дети переставали бросаться камнями в птиц.
Музыкант играл.
Удивительными были его песни. В них была удивительная земля с удивительным голубым небом над ней, удивительные люди с удивительными заботами и самое главное – там было  м о р е.
Когда-то, больше, чем миллион солнц тому назад, один старик спросил мужчину:
- Как ты живешь?
- Играя, – отвечал музыкант.
- А зачем ты живешь?
- Чтобы играть.
Больше никто, кажется, не разговаривал с ним.
Все слушали его песни.
А опомнившись и оглядевшись вокруг, замечали, что его уже нет. Ненадолго в них оставалась мечта о море, об удивительных землях и удивительных людях, а затем небо снова становилось обычным. И должны были потухнуть триста шестьдесят пять солнц, пока музыкант придет снова.
Но вот, триста шестьдесят пять солнц  встали и триста шестьдесят пять солнц скрылись в песках, а он все не приходил. И еще триста шестьдесят пять солнц ушли по птичьим дорогам, а он не приходил. И люди поняли, что он больше не придет.
- Чего же он добился в жизни? – ворчали мужчины. – Ведь он даже дома не построил!
- Что он понимает в жизни, - вставили женщины, - если никогда не имел семьи?
- Зачем он жил? – сморщили лбы старики. – Если даже одного деревца не посадил?
- Что случилось? – спросил паренек.
- Это детей не касается, - не дали ему договорить взрослые, и паренек, задумавшись, пошел по дороге.
И вот тогда... Тогда небо медленно изменилось, и взрослые переглянулись. Они услышали песню про море.
Ее пел паренек.